Глава 5. Под столом

Во вторник утром сеть работала ровно. Алексей проверил пинг из кладовки — три машины отвечали, сервер держал нагрузку, коммутатор мигал зелёными огоньками. Игорь уехал в институт сдавать отчёт, Марина сидела в редакции. День обещал быть спокойным, и Алексей позволил себе поработать над своей частью — разобрать бумаги, которые принёс из лаборатории, и заодно прикинуть, как провести кабель к одиннадцатой квартире, где жил институтский знакомый.

Звонок раздался после обеда. Телефон на кухне трещал так настойчиво, что Алексей вздрогнул. На определителе светился номер Смирновых.

— Лёша, это Татьяна. У нас интернет пропал. Или что это у вас называется. Мальчишки говорят, у них ничего не открывается.

— Сейчас подойду, — сказал Алексей и положил трубку.

Он спустился на первый этаж, прихватив тестер и запасной коннектор. Татьяна ждала у двери, хмурая и немного виноватая, будто уже знала, что виноваты её сыновья.

— Они с утра играли, — сказала она, ведя его в комнату. — Я им говорила: не трогайте ничего. Но разве они слушают.

В комнате пахло пылью и тёплым пластиком. Старший мальчик, лет двенадцати, сидел за компьютером с видом человека, который уже понял, что натворил, но ещё надеется, что обойдётся. Младший стоял рядом и смотрел на брата с молчаливым укором.

Алексей присел на корточки, заглянул под стол. Кабель витой пары, который они вчера закрепили у плинтуса, теперь болтался, вытянутый из гнезда сетевой карты. Коннектор лежал на полу, рядом валялась нога стула. Всё было ясно без слов.

— Кто задел? — спросил Алексей, не повышая голоса.

Старший мальчик потупился.

— Я. Мы играли, я ногой… случайно. Я не хотел.

— Я понимаю, что не хотел. Но кабель нельзя тянуть. Он не для этого.

Алексей поднял коннектор, осмотрел его — защёлка была цела. Он вставил провод обратно в сетевую карту до щелчка и проверил тестером. Сигнал появился. На экране в «Сетевом окружении» снова загорелся значок сервера.

— Работает, — сказал он. — Но так нельзя оставлять. Если вы будете бегать вокруг стола, вы его снова выдернете. Или сломаете коннектор.

Татьяна стояла в дверях, скрестив руки.

— Вот поэтому я и не хотела всё это. Слишком сложно.

— Не сложно, — ответил Алексей. — Просто нужно сделать так, чтобы кабель не мешался.

Он подумал минуту, потом попросил у Татьяны отвёртку. Вместе со старшим мальчиком они отодвинули стол, и Алексей перенёс кабель выше — закрепил его скобами по стене на высоте письменного стола, а вниз, к компьютеру, пустил короткий отрезок, убранный в пластиковый короб. Теперь провод не лежал на полу и не ходил под ногами.

— Вот так, — сказал Алексей, выпрямляясь. — Теперь его ногой не заденешь. Но если что-то случится, надо не дёргать, а позвать кого-то из нас. Или хотя бы проверить, воткнут ли провод.

— Как проверить? — спросил старший мальчик.

Алексей показал: как заглянуть под стол, как найти разъём сетевой карты, как услышать щелчок при подключении. Он объяснял спокойно, без нажима, как когда-то объяснял студентам на кафедре. Мальчик слушал внимательно, кивал.

— И вот ещё что, — добавил Алексей. — Когда играете, вы не трогаете стол ногами. Договорились?

— Договорились, — сказал мальчик.

Татьяна проводила Алексея до двери.

— Спасибо. Я думала, вы будете ругаться.

— Смысл ругаться? — Алексей пожал плечами. — Они не знали. Теперь знают. Это не техника виновата, а то, что мы не объяснили, как с ней обращаться.

Он поднялся к себе и рассказал обо всём вернувшемуся Игорю. Тот сначала нахмурился, но потом усмехнулся.

— Значит, пользователи. Настоящие. Это хорошо. Плохо было бы, если бы никто не пользовался.

Вечером Марина пришла к Алексею с блокнотом. Она уже знала о случившемся — Татьяна ей позвонила.

— Я записала, — сказала она. — «День пятый. Пропадала связь. Виноваты дети. Кабель перенесли. Объяснили».

Алексей посмотрел на её аккуратный почерк и подумал, что в этом блокноте уже складывается история — не про провода, а про людей, которые учатся пользоваться тем, что им дали. И от этого сеть становилась настоящей.

— Знаешь, — сказал он. — Кажется, я начинаю понимать. Сеть — это не кабель. Это то, что происходит, когда люди начинают её трогать.

Марина улыбнулась и закрыла блокнот.