Глава 12. Переходник

Пётр Ильич позвонил в дверь Алексея в понедельник днём, когда мокрый снег снова сменился дождём и на лестничной площадке пахло сыростью. Он был в том же тёмном пальто, с той же папкой, но на этот раз папку держал под другой рукой, а в свободной нёс небольшой чёрный чехол, похожий на футляр для инструментов.

— Я не по бумагам, — сказал он сразу. — Я насчёт подключения. Помните, я говорил, что у меня ноутбук? Вот, принёс. Хочу быть как все, а не только разговоры разговаривать.

Алексей посторонился. На кухне Игорь доедал бутерброд, Марина раскладывала на столе листы, оставленные Верещагиным, — она вернулась от юриста час назад и ещё не успела всё рассказать. При виде Петра Ильича Игорь вытер руки и поднялся.

— Показывайте, — сказал он.

Верещагин расстегнул чехол и вынул ноутбук. Он был тяжёлый, серо-чёрный, с толстым корпусом и маленьким экраном, какие в начале двухтысячных выдавали в конторах. На крышке виднелась потёртая наклейка с логотипом производителя. Пётр Ильич поставил его на стол и открыл. Клавиатура была целая, клавиши крупные, между ними лежала пыль — не от запущенности, а от того, что ноутбук долго не открывали.

— Рабочий, — сказал Верещагин. — Я его в администрации получал, когда уходил. Мне разрешили выкупить, списали как устаревший. Он ещё вполне.

— Включайте, — сказал Алексей.

Верещагин нажал кнопку. Ноутбук зашумел вентилятором, экран засветился, пошли строчки. Windows 2000 загрузилась быстрее, чем старенькая Windows 98 у Виктора. Рабочий стол был почти пустой — несколько папок, ярлык «Мои документы», и в углу — значок программы с длинным названием.

Игорь присел рядом и заглянул в «Диспетчер устройств». Сетевая карта определилась сразу: PCMCIA-адаптер, вставленный в боковой слот. Но рядом светился жёлтый вопросительный знак — драйвера не было.

— PCMCIA, — сказал Игорь. — Это хорошо. Но драйвер нужен под неё. И ещё — если вы хотите витую пару, а не телефон, нужен переходник с этого разъёма на RJ-45. У вас что на выходе?

Верещагин наклонился и посмотрел на торец адаптера.

— Тут маленький разъём. Я не знаю, как он называется. Мне в штабе говорили, что через него можно в локальную сеть, но я не проверял.

Игорь взял ноутбук, повернул к свету, потом отставил и пошёл в свою комнату. Вернулся он с картонной коробкой, в которой лежали разъёмы, кабели, два мотка изоленты и несколько переходников, на вид старых, но целых. Он перебирал их, откладывая в сторону, пока не нашёл нужный — короткий чёрный переходник с плоским разъёмом с одной стороны и RJ-45 с другой.

— Вот. Должен подойти. Такие шли к старым сетевым картам для ноутбуков. Я их пачку выкупил, когда в институте списывали технику.

Он подключил переходник к адаптеру, вставил витую пару и прописал IP-адрес. Потом открыл «Сетевое окружение». Значок сервера появился через полсекунды.

— Отвечает, — сказал Игорь. — Сейчас проверю пингом.

Он ушёл в кладовку. Через минуту вернулся, кивнул:

— Есть. Девятая машина.

Пётр Ильич смотрел на экран и молчал. Алексей подумал, что он ждал этого дольше, чем остальные. Может быть, с того самого дня, когда Гущин рассказал ему в лифте про соседскую сеть.

Марина достала лист согласия и положила перед ним. Верещагин надел очки, прочитал медленно, как читал Виктор, и подписал. Потом поставил дату и вернул лист.

— Спасибо, — сказал он просто.

Игорь уже собирался закрыть «Диспетчер устройств», но задержался. Он смотрел не на сетевую карту, а на список установленных программ. В нём был пункт, который заставил его нахмуриться: «Система документооборота районной администрации. Версия 4.1. Служебное использование». Рядом стояла метка с датой установки — три года назад.

Игорь ничего не сказал при Верещагине. Он только перевёл взгляд на Алексея и чуть заметно кивнул в сторону коридора. Алексей понял и остался сидеть. Марина дописала что-то в блокнот.

Верещагин тем временем закрыл ноутбук и стал собираться.

— Я пойду. Спасибо, что подключили. Теперь я не сбоку, а внутри.

— Заходите, если что-то не заработает, — ответил Алексей.

Когда дверь закрылась, Игорь выдохнул и сказал:

— Ты видел, что у него на ноутбуке?

— Видел, — ответил Алексей.

— Это административная программа. Служебная. Такие не ставят просто так. У него либо доступ остался, либо он её с собой унёс, когда уходил. И теперь эта машина в нашей сети.

Марина отложила блокнот и посмотрела на Игоря.

— Ты думаешь, он специально?

— Я не знаю. Может, он её просто не удалил. А может, она ему нужна. Но если через его ноутбук кто-то захочет посмотреть, что у нас на сервере, — он теперь ближе всех.

Алексей молчал. Он вспомнил, как Верещагин стоял в кладовке и смотрел на мигающие лампочки, и как сказал: «У меня в штабе была аппаратная. Там гудело так же». Ему не казалось, что старик врал. Но программа была фактом, а не догадкой.

— Пока ничего не делаем, — сказал Алексей наконец. — Он не отказывался от бумаг. И не прятал ноутбук. Если бы он хотел что-то скрыть, он бы его не принёс.

— Или принёс именно потому, что нечего скрывать, — сказала Марина.

— Или потому, что хочет, чтобы мы так подумали, — возразил Игорь.

Алексей покачал головой.

— Мы всё равно не узнаем этого сегодня. Давай так: подключение есть, согласие подписано. А про программу я спрошу у него прямо. Завтра или послезавтра, когда он зайдёт. Спрошу без обвинений. Если он объяснит — будем решать дальше.

Игорь хотел что-то сказать, но промолчал. Он только взял лист с требованиями Игнатьева и стал читать его заново, будто искал в нём подтверждение своим сомнениям.

Марина открыла блокнот и записала: «День одиннадцатый. Подключили Петра Ильича. Ноутбук рабочий, но с программой администрации. Игорь не доверяет. Я не знаю. Алексей решил спросить прямо». Она закрыла блокнот и посмотрела в окно. Дождь шёл ровно, и на лестнице было тихо.

А в кладовке гудел сервер, и на его лампочках горел девятый огонёк. Алексей подумал, что доверие — это не то, что даётся раз и навсегда. Его приходится проверять. Иногда — бумагами, иногда — проводами, а иногда — одной строчкой в списке программ, которую заметил Игорь и которую теперь нельзя было развидеть.